Интервью главы ОАО "РЖД" Олега Белозёрова (телеканал "Россия 24", 25.12.2019)

Ведущая: Здравствуйте!

Олег Белозёров: Добрый день!

Ведущая: Начнем с подведения итогов года. Каким был 2019 год для "РЖД"? Я помню, что вы недавно говорили о "черных лебедях", которые были именно в грузоперевозках. Удалось ли их перебороть, и каковы перспективы?

Олег Белозёров: Я действительно говорил о "черных лебедях", о событиях, которые происходили в течение года. Действительно, все нельзя было предсказать и запланировать, поскольку наблюдалась очень серьезная волатильность в спросе, прежде всего, за пределами страны. Поскольку мы очень серьезно интегрированы в мировую экономику, конечно же, все это сказывалось, в том числе, и на железнодорожных перевозках. Но мы, несмотря на большую стаю, ответили на все вызовы. Год мы завершаем абсолютно уверенно, с очень хорошими результатами. При этом мы же занимаемся перевозками не только грузовыми, но и пассажирскими. И мы соблюдаем баланс. Если в каком-то сегменте мы получаем лучший результат, значит, мы направляем усилия на это направление. Из наиболее значимых событий, наверное, отметил бы, прежде всего, снижение, изменение структуры погрузки. У нас есть несколько классов грузов. Они разделены по доходности. Для "Российских железных дорог" есть высокодоходные классы и низкодоходные. К несчастью, низкодоходные классы растут в нашей структуре и не балансируются с высокодоходными грузами.

Ведущая: А с чем это связано?

Олег Белозёров: Прежде всего, были введены ограничения по экспорту металла, то есть импорту за рубежом, экспорту нашего.

Ведущая: Экспорту у нас, да?

Олег Белозёров: Да. Спрос, конечно, очень серьезно влияет, заявления, макроэкономические параметры. Объем потребления металла снизился. Соответственно, мы меньше перевозим. Изменилось и направление перевозки. Прейскурант выстроен исторически таким образом, что на короткие расстояния мы получаем большую маржинальность, на дальние – меньшую. Но в этом году рынки угольные в Европе просели по ценам. И, соответственно, наши угольные компании меньше стали экспортировать на Запад. Для нас это в этом направлении доходный груз. Наши коллеги едут на премиальный рынок – восточный. Но мы планировали одну топологию... Топология – это места размещения наших грузоотправителей. Она стала абсолютно другой. Соответственно, изменилась доходность, маржинальность. Нужно было учитывать это в наших действиях. Но мы и с этой задачей справились. Прежде всего, мы считаем, что нужно работать с нашей экономикой, двигаться по всем направлениям, где мы можем повысить нашу собственную эффективность, для того чтобы сохранить основные параметры нашей долгосрочной программы. Этот год для нас уникальный. У нас была утверждена долгосрочная программа развития "Российских железных дорог" до 2026 года, то есть по 2025 год включительно. Такого уникального документа у "Российских железных дорог" не было. Это долгосрочный детальный план, где написано, что нужно делать, какие результаты мы должны получить, как они будут получаться.

Ведущая: К каким срокам, да? И так далее.

Олег Белозёров: Да. Какие действия нужно совершить. Поэтому, несмотря на эти отклонения входящих потоков, внешних факторов, мы все равно считаем, что нашу инвестпрограмму необходимо выполнять.

Ведущая: Вы даже увеличиваете инвестпрограмму в этом году?!..

Олег Белозёров: В этом году у нас определенная цифра есть. Мы ее увеличим в предстоящем, 2020, году.

Ведущая: Я уже про следующий год говорю сразу, да.

Олег Белозёров: Да. В этом году у нас инвестпрограмма – 688 млрд. В следующем году будет больше 820 млрд. Потому что мы считаем, что тренды, которые сложились в этом году, краткосрочны. Мы считаем, что исполнение указов президента Российской Федерации и макропрогноз все-таки даст прирост в рамках программы. Для этого нам нужно подготовиться и выполнить всю инвестпрограмму. Но мы дискутируем с нашими коллегами, в том числе по такому основному направлению, как Восточный полигон – БАМ и Транссиб. Первый этап этого поручения президента Российской Федерации мы выполним в этом году. Мы должны провезти 113 млн. тонн грузов, касающихся угля и руды. Мы эту цифру выполним. Но проект был комплексный. В том числе должен был быть разработан на Восточном полигоне и ряд месторождений. Коллеги сдвинули вправо ряд инвестиций, и мы не получили той базы, которую имели. А это другие расстояния, другая доходность. Но мы считаем, что восточное направление все равно необходимо нам совместно с коллегами сбалансировать и развивать. Это вызов, поскольку железная дорога – очень строгая организация с очень строгой организацией движения, и если что-то меняется, это сразу же влияет на...

Ведущая: ...на всю схему. Рушится, наверное, она, да? Или передвигается, по меньшей мере.

Олег Белозёров: Графики движения, количество вагонного парка, избыток, недостаток. Огромное количество. Это большая транспортная задача, которую мы решаем каждый день с огромным количеством неизвестных. Мы их стараемся сделать известными, но жизнь гораздо богаче.

Ведущая: Говоря про БАМ и Транссиб: на 2020 год какая цель максимум?

Олег Белозёров: Мы планируем прирост по БАМу и Транссибу 132 млн. тонн максимум. Но мы будем смотреть, какой груз будет формировать это направление. Мы видим очень хорошие результаты по перевозке контейнеров. У нас очень высокие скорости перевозки. Это в контейнерной части уникальный результат – 1150 км. в сутки на направлениях, допустим, из Китая в Западную Европу. В качестве примера приведу наших европейских коллег, которые могут проехать всего 200 км. в час. У всех есть свои особенности. Они нам завидуют. Мы совершенствуем технологии с нашими коллегами из Казахстана и Белоруссии.

Ведущая: Чтобы завидовали, видимо, еще больше в таком случае.

Олег Белозёров: Мы готовы делиться, поддерживать наших коллег, в том числе и знаниями, и компетенциями. Но это влияет на тот груз, который едет у нас по Восточному полигону, потому что нам приходится выбирать. У нас действительно есть проблема с тем, чтобы проехать в восточном направлении. Наши коллеги-угольщики хотели бы, чтобы мы провезли больше, но у нас есть ограничения, в том числе контейнерный поток грузов, который идет в Азиатско-Тихоокеанский регион. Поэтому мы балансируем, чтобы постараться максимально удовлетворить спрос. При этом мы договорились с угольщиками по объему, который мы вывезем. Прирост 1,2%. Мы везем больше на сегодняшний момент. Но всем хотелось бы больше. А вот в западном и южном направлениях, где мы сформировали исторически хорошую пропускную, провозную способность, из-за того, что спрос упал, мы с коллегами обсуждаем вопросы, как нам сбалансировать, чтобы их пожелания были зафиксированы на бумаге и стали обязательствами. Иначе нам говорят: "Давайте построим туда" – мы строим, а обязательств долгосрочных не имеем. Но сейчас мы в дискуссии.

Ведущая: Другая очень обсуждаемая тема – это высокоскоростные магистрали, в том числе Москва – Санкт-Петербург. Уже было заявление правительства, что бюджетные средства не планируют выделять, во всяком случае, сейчас. Откуда пойдут деньги? И "РЖД" планируют ли вкладываться в этот проект?

Олег Белозёров: Я заявлений правительства, именно правительства, пока не слышал, а вот отдельных представителей, членов правительства...

Ведущая: ...По-моему, было заявление Минфина...

Олег Белозёров: Да. Абсолютно справедливо. Коллеги высказывают точки зрения в процессе обсуждения. Недавно было заявление министра экономического развития Орешкина, где он сказал, что в какой-то форме поддержка может быть рассмотрена. Но для того чтобы принимать окончательное решение по модели, нужно получить проектную документацию. На сегодняшний момент у нас есть поручение президента. Мы вместе с губернатором Санкт-Петербурга Бегловым выступили с обращением к президенту Российской Федерации Владимиру Владимировичу Путину с просьбой поддержать, дать нам возможность запроектировать направление Москва – Санкт-Петербург. Мы получили согласие. И сейчас в планах "Российских железных дорог" стоят цифры, чтобы до 2022 года мы разработали проектно-сметную документацию. В процессе разработки документации мы уточним цифры, сколько будет стоить непосредственно строительство. Исходя из этого, мы сформируем финансовую модель. Предварительная есть с определенными допущениями. Но у нас меняется сейчас ситуация, в том числе в позитивную сторону, в части снижения стоимости заемных средств. И некоторые проекты, которые раньше выглядели, может быть, не настолько привлекательными, сейчас уже выглядят абсолютно по-другому. Мы это обязаны учесть в нашем прогнозе. Вот сейчас мы занимаемся этим вопросом. Я думаю, что в течение следующего года мы уже уточним и финансовую модель, и технико-технологические возможности именно по линии Москва – Санкт-Петербург. Но то, что проект крайне интересен, подтверждает тот факт, что "Сапсан" на сегодняшний момент загружен в среднем более чем на 90%. Я очень люблю называть цифру – 110% загрузки. Выглядит абсолютно нереалистично, но это правда. Если взять количество мест в поезде и посчитать людей, которые выходят и заходят на одном маршруте, получается загрузка 110%.

Ведущая: Чуть больше, чем можно.

Олег Белозёров: Да, вот такая!

Ведущая: Кстати, говоря о пассажирских перевозках – очень большая и всеобъемлющая тема. Во-первых, я знаю, что по итогам 2019 года у вас очень большой рост за последнее время...

Олег Белозёров: Рекорд.

Ведущая: Рекорд.

Олег Белозёров: Да.

Ведущая: Что будете делать в 2020 году для того чтобы, если не перейти эту цифру, то хотя бы ее поддержать? Кроме того, насколько я помню, у вас же еще были большие разговоры и про новые плацкартные вагоны. Как с ними обстоят дела?

Олег Белозёров: Спасибо большое. Считаю, что, несмотря на то, что основные доходы "Российские же железные дороги", конечно же, получают от перевозки грузов, судят о работе "Российских железных дорог" по пассажирским перевозкам. И мы приложили максимум усилий во всех направлениях, чтобы улучить качество сервиса. Ключевым направлением выбрали для себя обновление подвижного состава. В этом году мы закупим рекордное количество вагонов и моторвагонного подвижного состава. Это для дальнего следования и для пригорода. А цифра – 1 млрд. 200 млн. человек. Это абсолютный рекорд за последние 11 лет. При этом я вспоминаю, как год назад мои коллеги в пассажирском комплексе меня убеждали в том, что не нужно ставить серьезный прирост по пассажирским перевозкам. А аргументация была такая: мы же выступали бесплатным перевозчиком на чемпионате мира по футболу, перевезли большое количество людей. И коллеги сказали: "Вот это было целенаправленное действие. А болельщиков дополнительных не будет". В результате имеем на сегодняшний момент почти 3,4% прироста по пассажирским перевозкам. Цифра серьезная. А в дальнем следовании – почти 6%. С чем связано? Сервис, скорость. Новый подвижной состав, новые вагоны. Даже в тех вагонах, которые мы имели раньше, мы провели ремонт, капитальный ремонт, улучшили условия. Я очень благодарен нашему коллективу: нашим проводницам, нашей "Федеральной пассажирской компании", которая много внимания уделила тому, чтобы создать комфорт пассажиру. При всех наших нюансах и недостатках мы видим, что пассажир откликнулся. Если комфортно, нашими услугами пользуются. Мы планируем не останавливаться на объемах закупки вагонов, но и, в том числе, изменить комфорт. Вы говорите о плацкартном вагоне. Это правда. Давно, исторически обсуждается вопрос, что же такое плацкартный вагон, насколько он современен? Мы предложили новый концепт, когда это и общее пространство для отдельного человека, и индивидуальное. То есть можно воспользоваться и тем, и другим. Элементы на сегодняшний момент достаточно простые, но их можно использовать. Это и шторки раздвижные, и разные элементы.

Ведущая: Специфические небольшие дополнения, наверное, да?

Олег Белозёров: Да. Плюс обязательно, мы считаем, теперь, что удобство для современного человека – это возможность использовать USB-разъемы, это индивидуальный свет, индивидуальные столики, размещение каких-то еще индивидуальных принадлежностей. Вот это мы заложили в концепт плацкартного вагона. Причем, мы идем поступательно. Год назад мы предложили новый концепт. В этом году у нас уже есть 50 вагонов на сети, предыдущие серии того, что мы обсудили с коллегами. В этом году мы представили новую модель. Причем, мы хотим подойти к изучению более углубленно. Мы собрали, естественно, требования пассажиров. Сейчас создали в натуральную величину прототип и на Казанском вокзале показываем пассажирам. Мы хотим еще в шести регионах показать этот прототип и после этого в 2020 году закрепить конечный результат для дальнейшей разработки. На самом деле, то, что мы сейчас показали – это два типа плацкартных вагонов. Но будет еще и иное расположение спальных мест: параллельно стенкам в пространстве. Мы привыкли перпендикулярно, а будет параллельно, а размещение – елочкой.

Ведущая: Раньше не было, да.

Олег Белозёров: Да. Посмотреть, что было бы максимально комфортно людям, исходя из этого выбрать компоновку, в 2020 году закончить. Затем нам нужно будет на основании этого сделать техническую документацию. Мы называем это "вагон 2023 года". Время бежит очень быстро. Следующий год – учет всех пожеланий. Полтора года, ну год на техническую документацию и дальше – на выпуск вагона. Вагон – достаточно сложное изделие, которое по времени занимает серьезное время по выпуску. По "Сапсанам" – 2022 год, возможно... Планы долгоиграющие.

Ведущая: Последний вопрос. Если говорить про агрегатор, который вы собираетесь сделать, где можно будет купить в Интернете не только билеты "РЖД", но также билеты и на другие виды транспорта, полностью обеспечить себе путешествие. Сейчас есть огромное количество аналогов. Кто будет пользоваться?

Олег Белозёров: Вы говорите, что есть большое количество аналогов, и люди пользуются. В каждом агрегаторе есть своя специфика. Во-первых, мы уже на сегодняшний момент обладаем огромным объемом индивидуальных данных – это все наши пассажиры. Мы хотели бы, чтобы пассажирам стало более комфортно. На сегодняшний момент услуга касается только железной дороги. Но мы с вами мыслим категориями не переезда по железной дороге. Мы хотели бы переехать из точки А в точку Б, допустим, из дома на курорт. Или попутешествовать. Поездка включает и другие услуги: в некоторых случаях самолет, где-то автомобильный транспорт, где-то автобус... вплоть до услуг гостиницы. И мы считаем, что наш агрегатор мог бы найти наиболее правильное совмещение таких возможностей. Но мы не просто думаем, мы это знаем. Мы уже в ряде случаев апробировали доступ к этому продукту, к такому продукту. Мы изменим наш интернет-портал в ближайшее время. В течение квартала мы его будем испытывать. У нас наш старый сайт был более такой, скажем, информационный, о "Российских железных дорогах". Считаем, что мы должны быть ближе к клиенту. Ключевая наша задача, чтобы сразу же клиент увидел...

Ведущая: Все возможности, которые, наверное, есть, да? Одним махом, сразу.

Олег Белозёров: Да, на этом сайте. Цифра тоже нас очень радует. В этом году более 58% на поездах дальнего следования продается в интернет-режиме. Еще какой-то промежуток времени назад это была цифра 15-18%, не в такой далекий промежуток времени. Все движется в сторону цифровизации. И мы все элементы, которые касаются сквозной цифровизации для человека, постараемся предложить, чтобы они были агрегированы на нашем портале.

Ведущая: Ну что ж, мы будем ждать. Спасибо вам большое и удачи в реализации проектов! Спасибо за интервью!

Олег Белозёров: Спасибо. Спасибо большое.


Ссылка на источник

Новости НП ГЖТ
Недавние посты
Архив
Поиск по тегам
Мы в соцсетях
  • Facebook Basic Square
  • Twitter Basic Square
  • Google+ Basic Square

© НП ГЖТ

 2013 - 2020